Top.Mail.Ru

Динамика системных семейных процессов и изменение картины соматического нарушения у подростка в процессе полимодальной терапии диады «мать — ребенок»

Главная / Газета / Статьи / Динамика системных семейных процессов и изменение картины соматического нарушения у подростка в процессе полимодальной терапии диады «мать - ребенок»

Динамика системных семейных процессов и
изменение картины соматического нарушения у подростка в процессе полимодальной
терапии диады «мать — ребенок» Рис. 1 Дерево. Центральное дерево – Андрей, слева мама, справа младший брат. Канищева Т.М.

По Р.Шелдрейку, вся важная информация
любой структуры – организации, организма или системы сохраняется в морфическом
поле данной структуры. То есть морфическое поле действует как память структуры.
На примере представленного случая можно проследить, как разные направления
психотерапии (символдрама, системные расстановки) «дешифруют» и «преобразуют»
хранящуюся в морфическом поле клиента информацию.

Ключевые
слова:
морфическое поле, символдрама, системные расстановки в индивидуальном приеме.

В 1999 году на конгрессе по системным
расстановкам (Вислохе, Германия) Руперт Шелдрейк, автор концепции морфических
полей, сделал доклад под названием «Морфическое поле социальных систем». В этом
докладе, комментируя семейные расстановки, он выделил 4 аспекта семейных полей,
которые делают их схожими с морфическими полями. Семейные поля имеют свою
пространственную модель, свой пространственный порядок. Также семейные поля обладают памятью, то есть имеют
пространственно-временной аспект. Произошедшее
в прошлом оказывает на поле влияние, даже если люди в нем этой памяти не
сознают. Наличие семейных полей и их аспектов создает возможность
исцеления, восстановления целостности и порядка.[3] Урсула Франке в своей книге
«Когда я закрываю глаза, я вижу тебя», обсуждая и комментируя практику
системных расстановок в индивидуальной
терапии и консультировании, приводит в согласие идеи концепции
морфогенетических полей со ставшими классическими воззрениями психоанализа на
явления переноса в человеческих отношениях.[2] Описанный ниже случай служит
хорошей иллюстрацией согласованности этих идей. (Все имена – вымышлены.)

На консультацию обратилась женщина 37
лет по поводу сложностей в воспитании старшего сына 11 лет. Основные жалобы
мамы: несобранность, невнимательность, хаотичность в движениях и поведении сына;
возможны эмоциональные срывы. Семья состоит из четырех человек: мама Маргарита, папа Максим Сергеевич, 49
лет, старший сын Андрей, 11 лет, младший сын Виталий, 6 лет. Брак мамы и папы
официально не зарегистрирован. Семейный
анамнез осложнен. Во время пренатального развития Андрея отец разорвал
отношения с Маргаритой и ушел к другой женщине, в результате чего Андрей и его
сводная сестра Валентина родились с разницей в 5 месяцев. Через несколько лет Максим Сергеевич вернулся
к Маргарите и у них родился еще один сын. На момент обращения мать девочки
предпринимала активные действия по восстановлению близких отношений с Максимом.
В родительской семье Маргариты у родителей также были сложные отношения. Отец
имел связи на стороне, мать переживала по этому поводу очень сильно, вплоть до
вскрывания себе вен. Вдобавок после рождения Маргариты у мамы была еще одна
беременность. Ребенок, мальчик, родился шестимесячным, через 3 дня после
рождения умер. Мать ушла в переживания и
эмоционально отстранилась от дочери.

Маргарита описывала свой стиль воздействия
на сына: если день прошел без замечаний в школе и без плохих оценок, то перед
сном она ложится рядом с ним в его кровать для задушевных разговоров. По
сильнейшему убеждению мамы, мальчик ждет этого. Рекомендации психолога по
пресечению этого ритуала были восприняты мамой с трудом: » Вряд ли это будет
хорошо, ведь ему этого так не хватает. Он ведь может это воспринять как наказание».

У Андрея
коронарно — легочная фистула. Исследование проводили в НЦССХ им. А.Н. Бакулева
РАМН, обнаружен отток крови. По мнению врачей, диагноз верен на 99 процентов.
Рекомендовано обращение к специалистам Германии. Назначен срок операции. Андрею
о диагнозе не сообщают, и о готовящейся операции тоже. Но на одном из приемов
Андрей сказал: » сердце. . . – может быть от меня что-то скрывают?» Догадка
Андрея согласуется с представлением Р.Шелдрейка о памяти семейного поля.

Работа проходила с октября 2004 года по середину
января 2005 года. На конец января была назначена операция на сердце в Германии.
Проводились как совместные приемы, так и отдельные сессии для мамы и для
сына. Рис. 2 Сердце после отсечения отростка Примеры работы с сыном. На одной
из сессий психолог предложила игру в воображение: если бы ты стал деревом, то
каким? – Андрей нарисовал дерево (рис.1), причем начал рисовать со ствола и
поднимался вверх. Затем быстро слева и справа нарисовал по дереву меньшего
размера (мама и Виталик, младший брат). Кроны всех трех деревьев прорисованы одинаково
и похожи на хаотичные завихрения. На рисунке от кроны дерева,
символизирующего маму, к стволу дерева, символизирующего Андрея, проходит линия. Соединение этой линии
со стволом проходит примерно на уровне «груди» ствола. После этого игру продолжили:
если бы ты был животным, то каким? Андрей
нарисовал инопланетянина. Если бы машиной? – «мусорной или катафалком».
Эту символику также легко расшифровать. Андрей
ощущает себя каким-то не таким, ему трудно понять, что за ситуация —
другие что-то понимают и знают, он чувствует это общее знание на уровне
интуиции, что порождает внутренний хаос и тревогу. В нем что-то есть, что не
отсюда, не из этой системы. Катафалк – желание уйти, или он является чем-то,
что возит умершее. Катафалк – машина, которая является вместилищем печали.
Мусорная машина – эта символика хорошо сочетается с описанием Андреем своей
реакции на замечания родителей: «Когда ругают брата, он все равно продолжает
говорить, использует юмор, все смеются и перестают ругать. А я, как только меня начинают ругать, не могу
дальше говорить, только слушаю». То есть Андрей
контейнирует гнев родителей, фактически исполняя роль родителя для мамы и брата. Что видно на рисунке дерева:
дерево Андрея центральное, большого размера, деревья брата и мамы меньшего
размера и как бы прислонены с двух сторон к стволу дерева Андрея. Эта же
динамика четко проявилась и в расстановочной
работе с мамой (описание расстановки приведено
ниже). На одной из следующих сессий Андрею был предложен для представления
мотив «интроспекция своего тела». В этой технике клиенту предлагается
превратиться в маленького человечка,
через ухо попасть внутрь своего тела и провести его последовательный
осмотр. В процессе этого осмотра Андрей добрался до сердца,
увидел там отросток и, не задумываясь, воображаемой саблей отсек его. Потом
поставил часового около этого места, «чтобы снова ничего не появилось». Это
символическое действие можно интерпретировать, как «отсекание» мамы.

Примеры работы с мамой. На одном из
приемов Маргарита предъявила жалобы на вспышки детскости, ощущение себя
инфантильной. Ей было предложено представление мотива «Дерево» (в технике
символдрамы). Представилось дерево молодое, но с маленьким
количеством листьев. Клиентка в образе порыхлила почву вокруг дерева, после
чего листвы стало больше, но все равно для данного дерева этого недостаточно.
Маргарита стала искать более подходящее место для дерева. Посадила в лес –
тесно, на берег озера – крона все равно мала. Посадила к родителям на дачу –
там нормально. Этот образ и действия в нем расшифровываются как недостаток
ресурсов и активный поиск их источника. И то, что дерево в мотиве нашло свое
место в саду родительского дома, отчетливо показывает нам, что клиентка в свое время
недополучила эти ресурсы от родителей. Сепарация возможна только
после того, как дефициты детства будут восполнены. Работа в мотиве была
закончена, но на голове начала пульсировать точка. Психолог использовала
технику расстановок в индивидуальном приеме. Сначала был проведен ритуал принятия
Маргаритой матери. Затем совершили действие
по констатации позиций матери и ребенка
в диаде мать – сын. В расстановочной работе это выражается обменом фраз с
утвердительной интонацией: «Ты мой сын, я – твоя мать», «Я – твой сын, ты моя
мать». После этих слов пульсация точки
на голове прошла. Вспомним, что на рисунке дерева видно, как из «маминой
головы» отходит линия к «телу» Андрея. То есть словесная и интонационная
констатация правильного порядка явилась своеобразным способом отсечения
дисфункциональной связи со стороны мамы. Рис.3. Часовой у места отсечения отростка. На одном из следующих сеансов была проведена
еще одна расстановка, целью которой было выявление скрытых динамик отношений в
диаде мать – сын. После постановки фигур матери и сына напротив друг друга
стали проявляться следующие динамики. Маргарите неуютно без Андрея. Перемещение
фигуры Андрея за спину Маргариты приводит к ощущению спокойствия. Это указывает
на нарушение порядка, ведь порядок семейных полей таков, что за спиной
человека стоят его родители. Такое нарушение возникает, когда мать ребенка
чувствует себя в родительской семье обделенной поддержкой или заботой. (А
именно так и чувствовала себя Маргарита.) И это действует на ребенка так, что
он начинает воспринимать мать как маленькую, и принимает решение заботиться о
матери вместо ее родителей. То есть начинает давать, а мать начинает брать.[4]
И это «давать» на соматическом уровне у Андрея выразилось оттоком крови от
сердца. Для восстановления правильных связей в системе в расстановку была
введена фигура Маргаритиной матери. Фигура матери действительно не смотрела на
Маргариту, а смотрела на потерянного ребенка. Были проведены действия,
завершающие отношения матери с потерянным ребенком и восстанавливающие
эмоциональную связь матери и Маргариты. В этой части семейного поля порядок
восстановился. Вновь выставили фигуры диады мать – сын для диагностики
изменения динамики отношений. Теперь
фигуру Маргариты потянуло к груди сына, а у фигуры Андрея появилось
ощущение «чего-то в сердце». У Маргариты поднялся вытесненный материал.
Выяснилось, что до начала отношений с отцом Андрея у нее была любовь к другому
мужчине. Так как отношения не были закончены, сына она идентифицировала с этим
мужчиной. Провели ритуалы
разотождествления и восстановления эмоциональной связи мать – сын.[4]
Дополнительные ощущения в груди фигуры Андрея исчезли, появилось ощущение
легкости и желание идти вперед. Фактически вся работа с диадой мать – сын была
направлена на восстановление правильного порядка семейных отношений

Как вывод мы можем представить результат
изменений во всей семейной системе при работе только с ее частью, частью поля
семьи – матерью и старшим сыном. Мать сводной сестры Андрея прекратила
предъявлять претензии на восстановление супружеских отношений с Максимом
Сергеевичем и разрешила дочери чаще общаться с отцом и сводными братьями. Отец стал больше заниматься воспитанием всех
троих своих детей, что привело к уменьшению конфликтов между братьями и сводной
сестрой. Родители официально оформили брак, причем по инициативе отца. Семейная
система приняла более четкое очертание. В немецкой клинике, в которую
Андрей был направлен на операцию, при дополнительном исследовании выяснилось,
что ранее наблюдавшегося оттока крови нет. Соматический симптом исчез, операция
была отменена.

Расстановочная работа опирается на представление
о том, что тело человека, как резонатор, воспринимает информацию из окружающего
мира. Поэтому мы способны со-чувствовать чувства и физическое состояние других
людей. В свою очередь, это означает, что чувства и физические состояния,
которые мы испытываем, возможно, не всегда являются нашими собственными, что в
нас звучат «чужие» чувства и восприятия, поскольку ощущаем их в своем теле и
своей душе.[2]

При
установлении брачных отношений происходит объединение двух семейных полей и
возникновение нового поля. Жизнь нового человека начинает формироваться в
пространстве этого поля. Насколько упорядочено это поле, настолько упорядочено
будет функционировать ребенок. Его тело еще более чуткий резонатор, чем тело
взрослого человека. Психотерапевт также является надежным сенсором для динамик,
внутренних процессов и физического состояния клиента, это феномен так
называемого переноса, подробно описанный З.Фрейдом и другими психоаналитиками.[1,2]

Символдрама как аналитически ориентированное
направление психотерапии оперирует понятиями интроектов, содержащихся в
психическом поле человека, которые во время сновидений могут проявляться в символическом виде. В данном случае в
объяснении феномена также присутствует понятие поля, в котором в зашифрованном и
«сжатом» виде содержится некая информация, которая в чистом виде является
трудно переносимой для субъекта. И процесс расшифровки символа является как бы
«расширением» сгущенной или, если говорить на языке информационных полей,
свернутой, сжатой информации. И
«расширение» ведет к ослабеванию аффекта, не впускаемого в осознание, или
ослаблению симптома, если энергия переживания была конвертирована.

На примере данного случая хорошо видно, что
каким бы образом мы не расшифровывали информацию – через «прочитывание
символики» или через замещающее восприятие, результат является одинаковым.
Искаженные отношения между матерью и сыном проявились у Андрея в ощущениях себя
кем-то другим, «инопланетянином» — замещающим возлюбленного матери, а может и собирательной фигурой родителей для своей матери. Точка, пульсирующая на
голове матери, и отросток в сердце сына — телесно проявленная дисфункциональная
связь. Переживания матери и дисфункциональная связь проявилась и на рисунке
сына: из «головы» дерева, символизирующего мать, проходит соединяющая линия к
«телу» дерева, символизирующего сына. Преобразования, проводимые на приеме в
традиционных техниках соответствующего вида помощи, приводят к изменению в
системе. Меняется информация в морфическом поле, меняется функционирование
системы, в том числе и соматическое функционирование членов системы. Каждое
направление психотерапии избирает свой язык. В описанном клиническом случае
использовались подходы двух разных и на данный момент немного противостоящих
друг другу направлений психологической помощи человеку. И оба эти направления
«действовали согласованно». У человека выделены и описаны различные виды
памяти. Но получается, что и у морфического поля системы существуют различные
языки шифрования и дешифровки хранящейся в нем информации. Конечно, поднятая в данной статье
тема нуждается в дальнейшем рассмотрении.

Список литературы

1. Томэ
Х., Кэхеле Х. Современный психоанализ. Т. 1. Теория: Пер. с англ./ Общ. Ред.
А.В.Казанской. – М.: Издательская группа «Прогресс» — «Литера», Издательство
Агенства «Яхтсмен», 1996. – 576 с.

2. Франке
У. Когда я закрываю глаза, я вижу тебя. – М.: Институт консультирования и
системных решений, 2007. – 182 с.

3.
Шелдрейк
Руперт. Морфическое поле социальных систем. //Практика семейной расстановки:
Системные решения по Б.Хеллингеру (Составитель Г.Вебер)/ перевод с немецкого
И.Д. Беляковой. – М.: Международный институт консультирования и системных
решений, Высшая школа психологии, 2004. – 384с.

4. Шнайдер Якоб Роберт. Семейные расстановки. Основные
принципы и способы действий. – М. Институт консультирования и системных
решений, 2009. -191с.

Dynamic of Systematic Family Processes and Change in Juvenile Somatic
Disorder in Mother-Child Dyad Polymodal
Therapy.

Tatyana Kanischeva

According to R. Sheldrake, all important information of any structure –
organization, living form or system, is kept stored in the morphic field of the
given structure. I.e. morphic field acts as a pattern memory. The example shows
that different psychotherapy approaches (GAI, system constellations) ‘decipher’
and ‘transform’ informational patterns kept stored) in patient’s morphic field.

Key words: morphic field, Guided Affective Imagery, individual system
constellations.

Закажите обратный звонок

Обратный звонок всплывающее окно